В производство Сафоновского районного суда Смоленской области вIII квартале 2026 года поступило 41 уголовное дело.

Рассмотрено за указанный период с учетом остатка дел перешедших из II квартала 2026 года - 43 дела, 1- умышленное причинение тяжкого либо средней тяжести вреда здоровью (ст.111,112 УК РФ); 11 – кража (ст.158 УК РФ); 1 – разбой (ст.162 УК РФ); 1 – неправомерное завладение транспортным средством без цели хищения (ст.166 УК РФ); 1 – коммерческий подкуп (ст.204 УК РФ); 2 – незаконные действия с оружием (ст.222-226.1 УК РФ); 5 - незаконные действия с наркотическими средствами и психотропными веществами (ст.ст.228-234.1 УК РФ); 6 – нарушения правил безопасности движения и эксплуатации транспорта (ст.ст.263-271.1 УК РФ); 15 – прочие преступления.

По категориям тяжести совершенных преступлений рассмотрено дел: особо тяжких – 2 дела; тяжких – 9 дел; средней тяжести – 11 дел; небольшой тяжести –21 дело.

I. Процессуальные вопросы

В силу ст.37 УПК РФ, к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, относится, в том числе характер и размере вреда, причиненного преступлением

Приговором от 12 марта 2026 года В. был осужден по ч.2 ст.167 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч.5 ст.69 УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В пользу потерпевшей с В. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, взыскано 150844 рубля.

В апелляционных жалобах адвокат и осужденный В. полагали вынесенный приговор незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, установленным фактическим обстоятельствам дела, а именно, оспаривали значительность причиненного потерпевшей ущерба, выражая несогласие с положенным в основу приговора доказательством, представленным стороной обвинения, а именно заключением эксперта№274/09/25от 18.09.2025, согласно которому стоимость восстановительного ремонта на 26.08.2025 заднего стекла автомобиля марки «Шкода Октавия», 2019 года выпуска, составляет 150 844 рубля.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», выводы относительно квалификации преступлений по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом; признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям, суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака.

В соответствии со ст.8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ.

В силу ст.73 УПК РФ, к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, относится, в том числе характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Статьей 167 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба.

По смыслу закона, при квалификации действий лица, повредившего чужое имущество, повлекшее причинение значительного ущерба, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, имущественного положения потерпевшего, в частности размера его заработной платы или иного дохода, наличия у потерпевшего иждивенцев, стоимости поврежденного имущества, его значимости для потерпевшего, например в зависимости от рода его деятельности и материального положения, и других обстоятельств, имеющих значение для установления данного признака состава преступления.

Тем самым установление размера ущерба и его значительности для потерпевшего является одним из необходимых элементов объективной стороны состава преступления, которые подлежат доказыванию, поскольку влияют на решение вопроса о наличии или отсутствии в действиях обвиняемого состава преступления.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в определении от 5 марта 2013 года №323-О, при применении ст.167 УК РФ судам надлежит - основываясь на правовой оценке фактических обстоятельств конкретного дела - мотивировать свой вывод о наличии в действиях подсудимого всех признаков состава инкриминируемого ему преступления.

Признавая В. виновным в умышленном повреждении заднего стекла автомобиля «Шкода Октавия», 2019 года выпуска, принадлежащегоГ.,суд руководствовался заключением эксперта №274/09/25от 18.09.2025, согласно выводам которого стоимость восстановительного ремонта на 26.08.2025 заднего стекла аналогичного поврежденному составляет 150 844 рубля, из которых 142 360 рублей стоимость самого стекла. Вместе с тем суд не учел, что данное заключение полностью отражает выводы эксперта, изложенные им в отчете, составленном до возбуждения уголовного дела по заявлению потерпевшей, при этом выводы эксперта о стоимость разбитого стекла были сделаны исходя из стоимости аналогичного стекла на сайте одного лишь поставщика, тогда как, исходя из информации на других сайтах, в том числе представленной осужденным, стоимость аналогичного стекла, предлагаемого другими поставщиками, указана значительно ниже определенной экспертом.

В этой связи, учитывая разъяснения, содержащиеся в п.19, 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 №28 /ред. от 29.06.2021/ «О судебной экспертизе по уголовным делам», согласно которым при оценке судом заключения эксперта следует иметь в виду, что оно не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами, суд не устранил указанные противоречия, свидетельствующие о наличии оснований для применения взаимосвязанных положений ч.2 ст.207 и ч.4 ст.283 УПК РФ, согласно которым при возникновении сомнений в обоснованности заключения эксперта или при наличии в выводах экспертов по тем же вопросам противоречий, которые невозможно преодолеть в судебном разбирательстве путем допроса экспертов, может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.

Более того, мотивируя свои выводы, суд указал, что признает причиненный ущерб значительным, так как он определяется с учетом имущественного положения потерпевшей, при этом не может составлять менее 5 000 рублей в силу примечания к ст.158 УК РФ, других выводов не привел, не проанализировал показания потерпевшей о ее доходе и доходах членов ее семьи, не устранил противоречия с размером дохода, указанном ею на предварительном следствии, не истребовал документы, подтверждающие эту информацию, не исследовал имущественное положение потерпевшей, не проверил наличие у потерпевшей иждивенцев, при наличии у потерпевшей сына инвалида 3 группы, не выяснил, трудоустроен ли он, и проживает ли он вместе с ней, не дал оценки значимости поврежденного имущества, не являющегося предметом первой необходимости.

При этом, разрешая гражданский иск потерпевшей, суд не выяснил, возмещен ли потерпевшей ущерб страховой организацией, что влияет на определение надлежащей стороны в деле, имеющей право на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями виновного.

Таким образом, вышеприведенные положения закона, предусматривающие обязательность установления и доказывания совокупности условий, влияющих на определение значительности ущерба для потерпевшего, судом первой инстанции в полном объеме не выполнены, включая проверку сведений о стоимости автомобиля и значимости поврежденного имущества для потерпевшего, что является существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуальных законов.

Допущенные нарушения повлекли за собой отмену приговора с направлением уголовного дела на новое рассмотрение.

Апелляционное постановление №22-789/2026

Согласно п.п. 11, 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2020 года №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» Использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в частях 3 и 5 статьи 327 УК РФ, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели. Если представленный лицом с указанной целью заведомо поддельный (подложный) документ и в дальнейшем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации), то предусмотренные статьей 78 УК РФ сроки давности уголовного преследования за такое преступление следует исчислять с момента фактического прекращения использования поддельного (подложного) документа, в том числе в результате пресечения деяния.

Постановлением от 1 апреля 2026 года уголовное дело в отношении Б. в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33-ч.2 ст.327 УК РФ, прекращено на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В апелляционном представлении прокурор полагал, что при вынесении постановления судом неправильно были применены нормы уголовного законодательства, в связи с чем постановление подлежит отмене. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2020 №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в частях 3 и 5 статьи 327 УК РФ, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели. Если представленный лицом с указанной целью заведомо поддельный (подложный) документ и в дальнейшем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации), то предусмотренные статьей 78 УК РФ сроки давности уголовного преследования за такое преступление следует исчислять с момента фактического прекращения использования поддельного (подложного) документа, в том числе в результате пресечения деяния.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, если истекли сроки давности уголовного преследования.

В силу ч. 2 ст. 15 УК РФ, преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает трех лет лишения свободы.

Преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 33 - ч. 2 ст. 327 УК РФ, в котором обвиняется Б., относится к преступлениям небольшой тяжести.

В силу положений п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести, если со дня совершения преступления истекло 2 года.

Согласно п.п. 11, 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2020 года №43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» Использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в частях 3 и 5 статьи 327 УК РФ, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели. Если представленный лицом с указанной целью заведомо поддельный (подложный) документ и в дальнейшем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации), то предусмотренные статьей 78 УК РФ сроки давности уголовного преследования за такое преступление следует исчислять с момента фактического прекращения использования поддельного (подложного) документа, в том числе в результате пресечения деяния.

В случаях, когда лицо, подделавшее в целях использования паспорт гражданина, удостоверение или иной официальный документ, предоставляющий права или освобождающий от обязанностей, а также штампы, печати или бланки, затем осуществляет их хранение, перевозку в целях использования либо использование, содеянное им охватывается составом преступления, предусмотренного частями 1 или 2 статьи 327 УК РФ, и дополнительной квалификации по части 3 статьи 327 УК РФ не требует.

Как следует из предъявленного обвинения, Б. вменяется совершение пособничества, то есть содействие совершению преступления путем предоставления информации и средств совершения преступления, а также заранее данном обещании приобрести предметы, добытые преступным путем, в подделке удостоверения, предоставляющего права в целях его использования, а также фактическое его использование – «04 января 2026 года» около 05 часов 05 минут, предъявил инспектору ОДПС Госавтоинспекции МО МВД России «Сафоновский», после того, как управлял экскаватором-погрузчиком и был остановлен на автодороге, тем самым использовал его».

Согласно содержанию предъявленного обвинения, вмененные действия по подделке водительского удостоверения на имя Б. совершались в период с концаянваря 2024 года по конец февраля 2024 года, впоследствии04 января 2025около 05 часов 05 минут Б., заведомо зная о том, что предъявляемое им водительское удостоверение является поддельным, использовал вышеуказанное водительское удостоверение по назначению, предъявив должностному лицу - инспектору ОДПС Госавтоинспекции МО МВД России «Сафоновский» заведомо подложное водительское удостоверение со своей фотографией, которое впоследствии было изъято сотрудниками полиции. Использование Б. поддельного удостоверения было пресечено04 января 2026 года, в связи с чем срок давности привлечения к уголовной ответственности, установленный ч. 1 ст. 78 УК РФ на момент вынесения обжалуемого постановления1 апреля 2026не истек.

Допущенные нарушения повлекли за собой отмену постановления с направлением уголовного дела на новое рассмотрение.

Апелляционное постановление №22-714/2026

В соответствии с п. 22 (3) «Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации», утвержденного постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2012 года № 1240, расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения его представителю, возмещаются за счет средств федерального бюджета в ходе досудебного производства в размерах, обоснованных подтверждающими документами, но не превышающих значений, указанных в подпунктах «а», «б», «в», «г» данного пункта, определенные за один день участия в производстве по делу, исходя из конкретной категории уголовного дела.

Приговором от 17.03.2026 О. осужден по ч.1 ст.166 У РФ к 1 году ограничения свободы с возложением ряда ограничений. Постановлением от 17.03.2026 заявление потерпевшегоА.о возмещении ему процессуальных издержек, связанных с расходами на оплату услуг представителя, удовлетворено. Возмещены потерпевшемуА.процессуальные издержки, связанные с расходами на оплату услуг представителя, в размере 50000 рублей. Расходы по оплатеА.услуг представителя отнесены за счет средств федерального бюджета. Взыскано с О. в порядке регресса в федеральный бюджет 50000 рублей в счет возмещения расходов по оплатеА.услуг представителя.

В апелляционной жалобе адвокат осужденного, оспаривал вынесенное постановление в части взыскания процессуальных издержек, полагая, что суд при решении вопроса о взыскании процессуальных издержек, связанных с услугами представителя, приняв решение о взыскании их в полном объеме, как за стадию предварительного следствия, так и за стадию рассмотрения дела в суде первой инстанции, вышел за пределы своих полномочий в части фактического взыскания услуг представителя потерпевшего на предварительном следствии, что противоречит указанному Положению о возмещении процессуальных издержек, утвержденному постановлением Правительства РФ от 01.12.2012 № 1240.

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

В соответствии с п. 1.1 ч.2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам отнесены также суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Исходя из положений ч. 5 ст. 131 УПК РФ, в случаях, установленных настоящим Кодексом, размеры процессуальных издержек, предусмотренных пунктом 1.1 части второй настоящей статьи, определяются судом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Как следует из материалов уголовного дела, приговором Сафоновского районного суда Смоленской области от 17 марта 2026 года О. осужден по ч. 1 ст. 166 УК РФ. Приговор постановлен в общем порядке судебного разбирательства.

Потерпевшим по указанному уголовному делу признанА., интересы которого в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции представляла адвокат С., действовавшая на основании ордера от 29.09.2025 № 941 (т. 1 л.д.216) и соглашения с потерпевшим от 29.09.2026 № 171 ( т.2 л.д. 84).

Потерпевший в ходе судебного разбирательства обратился в суд с заявлением о признании процессуальными издержками понесенными расходы на представителя - адвокатаС. в размере 50 000 рублей, которые он просил выплатить ему за счет средств федерального бюджета, представив документы, подтверждающие понесенные расходы.

По результатам рассмотрения заявление потерпевшего судом первой инстанции удовлетворено с вынесением 17 марта 2026 года соответствующего постановления.

Постановлено возместить потерпевшемуА. за счет средств федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с расходами на оплату услуг представителя, в размере 50000 рублей. Оплату произвести за счет средств федерального бюджета Российской Федерации, возложив перечисление денежных средств на Управление Судебного департамента в Смоленской области, которые в последующем в порядке регресса взыскать с осужденного О. в доход государства.

Между тем, в соответствии с п. 22 (3) «Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации», утвержденного постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2012 года № 1240, расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения его представителю, возмещаются за счет средств федерального бюджета в ходе досудебного производства в размерах, обоснованных подтверждающими документами, но не превышающих значений, указанных в подпунктах «а», «б», «в», «г» данного пункта, определенные за один день участия в производстве по делу, исходя из конкретной категории уголовного дела.

При этом суд первой инстанции, принимая решение о возмещении потерпевшему процессуальных издержек в сумме 50000 рублей, приведенных взаимосвязанных нормативных предписаний не учел, а исходил из самого факта несения потерпевшим расходов на представителя в данном размере, не разграничив эти расходы на досудебной и судебной стадиях уголовного судопроизводства и не проведя расчета в соответствии с количеством дней, в течение которых представитель участвовал в производстве по уголовному делу на досудебной стадии применительно к пункту 22 (3) упомянутого Положения.

Суд первой инстанции пришел к убеждению, что представитель потерпевшего фактически не оказывал помощь потерпевшему в ходе предварительного следствия, поскольку соглашение заключено 29.09.2025 – за один день до подписания обвинительного заключения прокурором, в соглашении имеется прочерк при указании суммы за предварительное следствие, срок действия соглашения - «суд 1 инстанции». И ознакомление представителя потерпевшего с материалами уголовного дела на стадии расследования в порядке ст. 216 УПК РФ расценено судом как подготовка к представлению его интересов, то есть фактически услуги оказывались в ходе судебного разбирательства.

Вместе с тем, 29 сентября 2025 года адвокат С. на основании заявления потерпевшего, ордера, была постановлением следователя допущена к участию по уголовному делу в качестве представителя потерпевшего. И в этот же день она совместно с потерпевшим ознакомлена с материалами уголовного дела в порядке ст. 216 УПК РФ, где им были разъяснены соответствующие права, которые включают в себя и право заявить ходатайства и иные заявления, в том числе и о проведении дополнительных следственных действий.

Названные процессуальные действия представителя потерпевшего в рамках предварительного расследования, исходя из предписаний ч. 10 ст. 42 и п.п. 1, 4, 5, 9 - 13 ч. 2 ст. 42 УПК РФ, свидетельствуют о юридическом сопровождении потерпевшегоПотерпевший №1на досудебной стадии уголовного судопроизводства по настоящему делу.

Реализация же права на подготовку к судебному разбирательству со стороны потерпевшего и его представителя путем ознакомления с материалами уголовного дела может быть обеспечена и в ходе судебного разбирательства. При этом рассмотрение уголовного дела по существу в суде первой инстанции является иной стадией уголовного судопроизводства по делу.

Таким образом, ознакомление представителя потерпевшего 29 сентября 2025 года с материалами уголовного дела в порядке ст. 216 УПК РФ не может быть приравнено и расценено как подготовка к судебному разбирательству.

Кроме того, принимая решение о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета Российской Федерации, выделяемых на эти цели Управлению Судебного департамента в Смоленской области в полном объеме - 50000 рублей - суд первой инстанции не учел следующего.

Подпунктом 20.1 п.1 ст. 6 Федерального закона от 08.01.1998 года № 7-ФЗ «О Судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации» установлено, что возмещение издержек по делам, рассматриваемым судами и мировыми судьями, которые относятся на счет федерального бюджета, финансируется Судебным департаментом при Верховном Суде РФ.

В силу п.1 ст. 13, п. 6 ст. 14 названного Закона Управление Судебного департамента в субъекте Российской Федерации является органом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации и финансирует возмещение издержек по делам, рассматриваемым районными судами, гарнизонными военными судами и мировыми судьями.

Согласно пункту 4 Постановления Правительства РФ от 1 декабря 2012 года № 1240 финансовое обеспечение расходных обязательств, связанных с реализацией названного постановления, осуществляется в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных в федеральном бюджете на соответствующий финансовый год на содержание судов и государственных органов, наделенных полномочиями по производству дознания и предварительного следствия.

Следовательно, Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации и его территориальные органы возмещают процессуальные издержки лишь по делам, которые были рассмотрены судами, однако указанные Закон и Постановление Правительства РФ не возлагают на данные государственные органы обязанности возмещать процессуальные издержки, понесенные потерпевшими при проведении предварительного расследования.

При таких обстоятельства судебное решение в части возмещения потерпевшемуА. расходов, связанных с расходами по оплате услуг представителя в размере 50000 рублей, как и взыскание указанных процессуальных издержек с осужденного, исходя из размера произведенной оплаты без учета значений, приведенных в п. 22(3) Положения, утвержденного Постановлением Правительства РФ № 1240 от 01.12.2012, без правильного определения надлежащих государственных органов, к чьей компетенции относится исполнение решения о возмещении процессуальных издержек, было отменено, уголовное дело в этой части передано на новое судебное рассмотрение.

Апелляционное постановление № 22-787/2026

Материалы в порядке исполнения приговора

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 г. №8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» (далее по тексту - постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 г. №8) основанием для такой замены является поведение осужденного, свидетельствующее о том, что цели наказания могут быть достигнуты путем замены неотбытой части наказания более мягким наказанием. Суду также надлежит учитывать данные о личности осужденного, его отношение к труду и учебе во время отбывания наказания.

Осужденному Ж. постановлением суда от 29 апреля 2026 года было отказано в замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания.

Защитники осужденного в апелляционных жалобах оспаривали вынесенное постановление, полагая, что оно вынесено без надлежащей оценки личности осужденного, не учтена положительная динамика в его поведении за период отбывания наказания.

Таким образом, суд первой инстанции принял решение об удовлетворении ходатайства без учета всех материалов дела, что повлекло за собой отмену постановления, материал был направлен на новое рассмотрение.

Согласно п.4 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 №8 /ред. от 28.10.2021/ «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», лицу, отбывающему лишение свободы, возместившему причиненный преступлением вред /полностью или частично/, суд может заменить оставшуюся не отбытой часть наказания более мягким видом наказания. Основанием для такой замены является поведение осужденного, свидетельствующее о том, что цели наказания могут быть достигнуты путем замены неотбытой части наказания более мягким наказанием. Суду также надлежит учитывать данные о личности осужденного, его отношение к труду и учебе во время отбывания наказания.

В практике судов не должно быть случаев как необоснованного отказа в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденных, не нуждающихся в полном отбывании назначенного судом наказания, так и необоснованного освобождения от отбывания наказания.

Как усматривается из характеристики, представленной администрацией ФКУ ИК-3УФСИН России по Смоленской области, осужденный Ж. в период отбывания наказания был приобщен к общественно полезному труду, выполнял разовые поручения и работам по благоустройству территории отряда, с 01.08.2025 трудоустроен на должность сборщика изделий, к работе относится добросовестно и ответственно, мероприятия воспитательного характера, семинары социально-правовых занятий, культурно-массовые и спортивные мероприятия, проводимые в отряде и учреждении посещает регулярно, делает правильные выводы, принимает участие в общественной жизни отряда и исправительного учреждения, на профилактическом учете не состоит и не состоял, с 04.02.2026 содержится в облегченных условиях отбывания наказания, исполнительных документов в бухгалтерии не имеет, нарушений правил внутреннего распорядка не допускал, имеет поощрение, в общении с представителями администрации ведет себя вежливо, по характеру спокойный, уравновешенный, взаимоотношения в отряде поддерживает с положительно настроенной частью осужденных, криминальную субкультуру не поддерживает.

В этой связи в судебном заседании было установлено, что осужденный Ж. в течение всего периода отбывания наказания характеризуется исключительно положительно, по результатам психологического обследования имеет высокий общий адаптационный потенциал, свою вину признал, раскаялся в содеянном, администрация исправительного учреждения, которая непосредственно осуществляет контроль за исправлением осужденного, поддержала заявленное ходатайство, но суд отказал в его удовлетворении, при этом не мотивировал, почему при установленных данных о личности осужденного он нуждается в дальнейшем отбывании назначенного судом наказания, при этом каких-либо отрицательных сведений не привел, не рассмотрел позицию прокурора на предмет ее соответствия установленным обстоятельствам и требованиям закона, не проанализировал возможность замены осужденному неотбытой части наказания в виде лишения свободы на иной более мягкий вид наказания, позволяющий продолжить доказывать свое исправление.

Оспариваемое постановление было отменено с направлением материала на новое судебное разбирательство.

Апелляционное постановление №22-947/2026

Постановлением от 21 апреля 2026 года отказано в удовлетворении ходатайства о переводе осужденного М. для дальнейшего отбывания наказания в колонию-поселение, поскольку осужденный не предпринял достаточных добровольных действий, направленных на заглаживание вины, то есть не до конца переосмыслил отношение к совершенному преступлению.

Адвокат, действующая в интересах осужденного, в апелляционной жалобе полагала, что при вынесении решения, суд необоснованно сослался на нестабильное поведение осужденного, неправомерно придал значение отсутствию полного погашения ущерба, поскольку это не предусмотрено УИК, учет немотивированное мнение прокурора и потерпевшего, однако не дал надлежащей оценки мнению администрации, непосредственно осуществлявшей процесса исправления осужденного.

В силу п.25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 №9 /ред. от 26.11.2024/ «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений», в ходе судебного заседания подлежат исследованию обстоятельства, имеющие значение для разрешения вопроса об изменении осужденному вида исправительного учреждения, в частности отбытие осужденным в соответствии с ч.2 ст.78 УИК РФ части срока наказания, его поведение, отношение к учебе и труду, отношение к совершенному деянию, частичное или полное возмещение причиненного ущерба или иным образом заглаживание вреда, причиненного в результате преступления. Решение по вопросу об изменении вида исправительного учреждения должно быть законным, обоснованным и мотивированным, содержать обоснование выводов, к которым суд пришел в результате рассмотрения соответствующего представления /ходатайства/.

Как усматривается из характеристик от 02.03.2026 и 16.04.2026, М. в период отбывания наказания нарушений не допускал, трудоустроен, выполняет работы по благоустройству территории отряда, к работе и поручениям относится добросовестно, проводимые мероприятия посещает регулярно, делая при этом правильные выводы, принимает участие в работах по благоустройству территории, с 05.12.2024 содержится в облегченных условиях отбывания наказания, имеет 12 поощрений за добросовестное отношение к труду, хорошее поведение и активное участие в воспитательных мероприятиях, в общении с представителями администрации ведет себя тактично и вежливо, по характеру спокоен, уравновешен, поддерживает связь с родственниками, криминальной субкультуры не придерживается, в ходе проведенной воспитательной беседы вину признал полностью, на профилактическом учете состоял с 11.04.2023 по 16.04.2026 как «склонный к совершению суицида и членовредительству», в бухгалтерии имеются исполнительные листы на сумму 1 991 597 рублей, удержано 17 924,84 рубля, эффективность и результативность процесса исправления высокая, адаптационный потенциал высокий, администрация исправительного учреждения считает, что он встал на путь исправления, характеризуя его положительно.

Вместе с тем, суд, принимая решение, не дал надлежащей оценки вышеуказанной положительной характеристики на осужденного, который отбывает наказание в облегченных условиях, за весь период нарушений не допускал, соблюдает правила внутреннего распорядка и режим отбывания наказания, работает, получает поощрения, возмещает причиненный вред не только в принудительном, но и добровольном порядке, каждый месяц перечисляя денежные средства в размере своих возможностей, а всего на общую сумму 185 454 рубля, при этом не учел, что М. имеет 12 поощрений не только за хорошее поведение, добросовестное отношение к труду, но и активное участие в общественной жизни учреждения, спортивных и воспитательных мероприятий, однако не устранил противоречия с указанием об обратном в характеристике, поэтому необоснованно посчитал, что осужденный не принимает участие в общественной жизни отряда и исправительного учреждения, не проанализировал мнение администрации исправительного учреждения, которая поддержала ходатайство осужденного, полагая, что он встал на путь исправления, во взаимосвязи с мнением прокурора и потерпевшей стороны, которое не свидетельствуют об отсутствии законных оснований для изменения осужденному вида исправительного учреждения.

Таким образом, учитывая, что согласно п.25 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, суды не вправе отказать в изменении вида исправительного учреждения по основаниям, не указанным в законе /например, тяжесть совершенного преступления, наличие прежней судимости, мягкость назначенного наказания, отбытие незначительной части срока наказания/, суд не указал, какие основания, указанные в законе, не позволяют изменить осужденному вид исправительного учреждения для дальнейшего отбывания наказания, какие иные меры к заглаживанию вреда в условиях изоляции осужденный мог и должен был предпринять, почему отбывание наказания в прежнем режиме будет способствовать его исправлению, сократит сроки возмещения вреда и увеличит размер выплат, а равно при каких обстоятельствах такое изменение возможно.

Вынесено решение было отменено, материал направлен на новое рассмотрение.

Апелляционное постановление №22-910/2026